Но почему это ему показалось, он не мог бы объяснить.
Теперь лошадей здесь стало больше; тех, что участвовали в первом заезде, расседлывали, покрывали попонами и уводили.
Людей тоже стало больше.
Вон три знакомые фигуры - тот юнец и двое его оксфордских приятелей.
Джимми резко свернул в сторону - лучше держаться подальше от них.
Терпеть их издевательства? Избавьте! На душе у него вдруг стало скверно.
Ведь если бы его лошадь выиграла, он стал бы наконец человеком, - и никому не был бы обязан этим! Черт бы побрал Джорджа Пульхера вместе с его осторожностью! Подумать только, когда он вернется в Оксфорд, эти юнцы начнут насмехаться над его лошадью.
