Конечно, я был воспитан в том же духе, что и он: рыцарский герб, "дочь Рудинга" и все такое прочее, но вместе с тем меня уже коснулись новые веяния с их волнениями и тревогами.
Не один раз побывал я в этом Тинмутском госпитале, где медленно поправлялся Майлс Рудинг.
Однажды я напрямик спросил его: разве это не закон, что со временем человек все-таки сдает? Он как будто слегка удивился.
Если ты настоящий человек, то нет, - довольно холодно ответил он.
Вот в этом и был он весь.
Это был настоящий человек, и ничто внешнее не могло повлиять на него.
Чтобы одолеть Рудинга, у него пришлось бы вырвать из груди сердце.
